Есть предположение что Индейцы-Тюрки
Oднажды мне сказали, что в Пушкинском Доме в Ленинграде хранится письмо Н. И. Ильминского. Это сообщение заинтересовало меня, так как я тогда занимался историей восточного книгопечатания второй половины XIX века в России, к чему в определенной мере был причастен и этот человек.
До 60-х годов XIX века Н. И. Ильминский активно занимался изучением языков, литературы, культуры тюркских народов, издал под своей редакцией ряд памятников казахской, узбекской литературы, и другие сочинения восточных авторов, сотрудничал с татарскими просветителями К. Насыри, Г. Махмудовым, X. Фаизхановым [1]… Но, начиная с 60-х годов, в его деятельности происходит коренной перелом: от ученого-тюрколога он превращается в идеолога православного христианского миссионерства и весь его незаурядный талант и эрудиция направляются против светской культуры, а также просвещения татар, против демократической татарской книги.
Мне и раньше приходилось встречаться с эпистолярным наследием Ильминского, довольно широко представленным в архивах и библиотеках Казани, Москвы, Ленинграда, в которых содержится немало его высказываний о культуре татар, об их печати, которые не представлены в опубликованных его работах. Обнаружение его неизвестного письма могло дать новые сведения по интересующей меня проблеме и я с нетерпением ждал случая познакомиться с ним.
Вот я в Ленинграде. Набережная адмирала Макарова. Пушкинский Дом - Институт, русской литературы Академии наук СССР, где собраны богатейшие памятники русской культуры: рукописи и письма русских ученых, писателей, просветителей, древние рукописные книги…
По картотекам и каталогам ищу рукописи Н. И. Ильминского. И вот в 141 фонде рукописей под №73 архивного дела отмечено письмо Н. И. Ильминского некоему Отто Реригу. Выписываю, знакомлюсь с ним. Оказывается, что это письмо и другие документы в этом деле поступили сюда из Казани. В свое время они хранились у М.А. Васильева, известного казанского литератора, а ему попали от Н.Я. Агафонова, известного казанского библиографа, библиофила, собирателя старинных книг, документов, рукописей, который был редактором "Казанского биржевого листа", издателем газеты "Волжская камская газета", автором многочисленных статей о казанцах, о русских писателях, ученых [2]. Работал он и бухгалтером Казанского университета, с чем, несомненно, связано и то, что эти документы попали ему и были спасены от утери.
Как видно из карандашных пометок на листах рукописи, с ним свое время знакомился и выдающийся арабист академик И. Ю. Крачковский. Забегая вперед отмечу, что он в своих работах об этой рукописи не упоминает. Повидимому, причина в том, что, его, ученого-арабиста, эти материалы, не связанные напрямую с его областью исследований, не заинтересовали. Знакомство с делом показало, что оно не содержит каких либо новых сведений по интересующей меня теме - истории книжного дела. Но меня заинтересовало имеющееся в деле письмо Отто Рерига, адресованное татарскому ученому Ибрагиму Хальфину, да еще написанное из Америки, к тому же на татарском языке арабской графикой. С этим письмом связана и рукопись Ильминского.
Ибрагим Хальфин (1778-1829) - это выдающийся татарский ученый, просветитель, представитель известной династии Хальфиных, оставивший глубокий след в отечественной тюркологии. Его дед, Сагит Хальфин, был депутатом в комиссии по подготовке проекта Нового уложения (1767), предпринятого Екатериной II. По императорскому указу 1769 года он был назначен учителем татарского языка 1-й Казанской гимназии по подготовке чиновников, знающих восточные языки. Он был автором первого учебника для русских учебных заведений по татарскому языку, изданного в 1778 году в типографии Московского университета, большого двухтомного русско-татарского словаря… После кончины Сагита Хальфина его сын, Исхак Хальфин, заменил отца в 1-й Казанской гимназии по преподаванию восточных языков. Он известен как переводчик на татарский язык российского законоположения "Устав управы благочиния", "Учреждения о губерниях", вышедшие в конце XVIII века несколькими изданиям
В этом свете небезынтересно" привести топонимику - названия местностей на русском языке, образованные с тюркских слов, чтобы видеть, как они могут отличаться от первичного названия. Так, из "сары тау" (желтая гора" образовался "Саратов", из "Сары су" (Желтая вода) - "Царицын", из "Кумер" (уголь) - "Кемерово", из "Темэн" (десять тысяч) - "Темниково", "Тюмень" и т.д., в которых неспециалист вряд ли установит первоначальное звучание этих слов, их этимологию.
Если сравним слова майя со словами языка сиу, то увидим, что среди них есть слова тождественные по звучанию и по смыслу в обоих языках, как-то "аак" (белый), "ик" (два), "hao" (вода), "бин" (я), "ич" (живот), "ими" (женская грудь), "акан" (дядя) и другие. Кроме того отметим, что оба эти языка агглюнативные, фонетический строй их подчинен сингармонизму, хотя эти языки отнесены к различным группам индейских языков.
Встает вопрос, неужели эти сходства не были замечены американскими филологами-индеологами? Может быть наши наблюдения представляют сплошь случайные совпадения? Оказывается, что это сходство было уже отмечено и высказана мысль, что язык индейцев майя своим происхождением берет начало от языка индейцев сиу-хока, что предки майя раньше жили в Америке, были частью сиу-хока, а затем переселились на юг, в Центральную Америку [28]. Тут же отмечается, что и индейцы-ацтеки происходят из семейства языков сиу-хока [29]. Поскольку автор свои выводы не иллюстрирует примерами из языка, приведем собственные примеры, которые говорили бы в пользу этого положения. Наша задача облегчалась тем, что, как оказалось, язык майя изучен сравнительно лучше. Имеется ряд словарей и грамматик этого языка [30]. Но среди них не встретилось ни одной работы, в которой была бы сделана попытка сравнительного изучения языка майя с языками других индейцев. Но эти поиски привели к выявлению работы другого характера, которая для нас стала как бы подарком.
Сравнительно недавно, а именно в 1967 году, в шведском журнале "Ethnos" (Этнос) была, оказывается, напечатана статья ориенталиста Упсальского университета Стига Викавдера под названием "Имеется ли связь языков группы майя с языками алтайского семейства", продолжение которой была опубликована в 1970 и 1971 годах [31]. В Швеции довольно широко развита ориенталистика, в том числе изучение языка, культуры, истории народов Африки, Океании. В Упсальском университете, точнее в его библиотеке, представлен богатый фонд восточных рукописей на тюркских, арабском, персидском языках [32]. С. Викандер ориенталист широкого профиля, ему принадлежат ряд работ и по восточным языкам, в том числе и по тюркским. В целях изучения живых восточных языков, он посетил восточные страны, в том числе был и в Турции. В упомянутой статье о связях языка майя с алтайскими он пишет: "В первый раз, когда мне пришлось услышать, как разговаривают индейцы майя, я был ошеломлен схожестью их языка с турецким, тождественностью их интонаций, который только перед этим слушал в Истамбуле. Такое впечатление, конечно, могло быть обманчивым. Когда я начал изучать язык майя, тексты их языка, я прямо столкнулся с массой слов, которые выглядели точно как турецкие" [33].
Поскольку обширная статья Стига Викандера была напечатана в специальном журнале для узкого круга читателей и не представлена в наших библиотеках, считаю нужным более подробно остановиться на ней. Это делается и потому, что его наблюдения и выводы непосредственно связаны с темой настоящей статьи. Стиг Викандер пишет о наличии в языке майя не только "большого количества явно тождественных слов" с турецким, но и о таком же тождестве или сходстве грамматического строя этих языков. Но в цикле своих статей он прежде всего обращает внимание на сравнительное изучение лексики этих языков, обещая вернуться к рассмотрению грамматики в последних работах.
Он пишет, что самая широко распространенная в Центральной и Южной
С. Викандер приводит для сравнения около двухсот сходных слов между этими языками. Для ряда слов языка майя он находит параллели в тунгусских языках, отдельные параллели и из языка японцев и корейского языка. Но абсолютное большинство параллелей находит в тюркских языках. На основе анализа лексики и фонетики ученый приходит к заключению о невозможности объяснить эти сходства лишь влиянием одного языка на другой, .поскольку о таких контактах в обозримом прошлом не приходится говорить, если учесть, что индейцы Америки не знали контактов (тесных) с Европой до открытия Нового Света. Окончательное заключение Стига Викандера: языки майя и алтайские как в фонетическом, так и в лексическом отношении имеют много близкого, что свидетельствует об общем их происхождении в прошлом.
Викандер в своей работе приводит примеры слов и из языка кечуа, сходных или тождественных со словами тюркских языков. Язык майя входит в группу языков майя-киче, которая в свою очередь, находится в родстве с южно-ацтекским семейством языков. Предки майя, ацкетов, инков примерно в V тысячелетии до нашей эры начали переселяться из Северной Америки, из районов Калифорнии и начали заселять Центральную Америку и распространились также в разные районы Южной Америки.
В настоящее время абсолютное большинство индейцев Центральной и Южной Америки говорят на языке кечуа - на общем для них языке, который своим происхождением связан с языками группы сиу-хока в прошлом. Язык кечуа был господствующим языком империи инков, ближайших соседей, родственных майя. В период укрепления империи инков, шедшего усиленно до прихода конкистадоров, этот язык получает широкое распространение, благодаря чему произошла нивелировка языков присоединенных, родственных по языку других индейских племен. Этот процесс был разрушен с приходом испанских завоевателей. Язык кечуа, родственный с языком группы майя-киче, хотя и претерпел ряд изменений, продолжает и функционировать и по ныне. В наши дни язык кечуа с теми иными различиями бытует в Перу, Эквадоре, Боливии, частично и в некоторых районах Аргентины, Чили и в некоторых их них, наряду с испанским, является вторым государственным языком [34].
Как уже отмечалось, Викандер в своей работе приводит слова и из языка кечуа, близкие к тюркским словам:
В языке кечуа Перевод В тюркских языках Перевод
Bulan Вращать, вертеть, водоворот Buram Верчу, кручу
Col, gol Спасти Kurtar Спасти
Ogri Вор, воровство Ogri Вор
Por Сжечь Ort Сжечь
Роу Игра, игрушка Oy Игра, игрушка
Pus Текущая вода Us Выливание
Puz Pезать жертву Uz, oz Отрезать
Tok Kомать, ударять Toqu Ударять
Tsar, tzap Поймать Cap Грабить
и т. д.
Мы обнаружили еще одну работу, в которой утверждалось, что Викандер был не первым ученым, заметившим сходства между кечуа и тюркскими языками. На XIX Международном конгрессе востоковедов, состоявшемся в 1935 году в Риме, некто Б. Феррарио выступил с докладом о возможном родстве языка кечуа с тюркскими, алтайскими [35] языками.
Б. Феррарио был профессором из Уругвая, другие данные о нем нам неизвестны. Для подтверждения своей гипотезы он уделяет много внимания рассмотрению морфологических форм этих языков, типам словообразовательных суффиксов, спряжению глаголов, частично приводит и лексические примеры. Из всего этого мы остановимся здесь на его лексических примерах, оставляя пока его другие наблюдения в области грамматических категорий вне внимания:
В языке кечуа Перевод В тюркских языках Перевод
Iра Сестра отца Ара Старшая сестра
Ucuk Малюсенький Kucuk Малюсенький
Acikya Объяснять Aciq Открытый, ясный
Kok Небо, небосвод Kok Небо, небесный цвет
Wage Дядя по отцу Aga Дядя, уважаемый человек
Tata, tayta Отец Ada, ata, dada Отец
Misi Кошка Misik Кошка
Sunqa Борода Sukal Волосы
cubca Пучок волос Tuk (чеч) Пучок волос
Na Вещь, что-то Ne Вещь, что-то
As Небольшой, немного Az Мало, немного
Ari Худой Arig, ariq Тощий, худой
Qo Гнать Go, qomak Гнать
Kaca Перенести в другое место Kec, gec Перейти, пересесть
и т. д.
Доклад
удали это предположение своёёёёёёё
ndeytsi perepili cherez Atlanticheskiy okean dlea togo chto b stati turkami, da? Ocheni im eto nujno blo!!! haha!!!!))))))))))))
1